Шпаргалки для студентов

готовимся к сессии

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта

Шпаргалки по истории Мордовии

Печать


Шпаргалки по истории Мордовии

 

Мордовский край в конце I – начале II тыс. н. э.

Этноним мордва появляется в довольно ранних письменных источниках. В ряду этих источников в первую очередь назовем книгу византийского епископа Иордана (гота по происхождению) «Getica» («О происхождении и деяниях гетов»), законченную им в 551 году. Говоря о походах короля готов Германариха, которого древние писатели нередко сравнивали с Александром Македонским, Иордан сообщал, что он покорил много весьма воинственных племен и заставил их повиноваться своим законам. В перечне этих племен он называет и Морденс (Mordens), под которым, безусловно, следует разуметь мордву. Исследователи полагают, что знания о племенах, проживавших в бассейне Оки и Волги (весе, мере, мордве, имнискарах), Иордан почерпнул из итинерариев – римских дорожников, в которых области, где пролегали торговые пути, нередко обозначались названиями населявших племен.

В других западноевропейских средневековых источниках мордва называется также Merdas, Merdinis, Merdium, Mordani, Mordva, Morduinos. В древнерусских летописях этноним мордва встречается с ХI – XIII веков. Наряду с этнонимом мордва в этих летописях сохранился и этноним мордвичи («Мордовскиа князи с Мордвичи). Псевдопатронимическое оформление этнонимов на -ичи довольно широко применялось в древнерусских источниках (вогуличи, вятичи, дреговичи, кривичи, немчичи, русичи, тоймичи и др.).

Установлено, что в своей основе этноним мордва восходит к ирано-скифским языкам (сравните: иранское mord — мужчина, таджикское mard — мужчина). В мордовских языках указанное слово сохранилось для обозначения мужа — супруга (мирде). В русском слове мордва частица «ва» носит оттенок собирательности. Его можно сопоставить с этнонимом литва. В русских источниках вплоть до XVII в. мордва выступает только под этнонимом мордва.

Одно из наиболее ранних письменных известий об этнониме эрзя (арису) дошло до нас в послании кагана Хазарии Иосифа еврейскому сановнику при дворе испанских халифов Абд-ал-Рахмана III (912 —961) и Хакама II (961 — 976) Хасдаю Ибн Шафруту.

Наболее ранние письменные сведения об этнониме мокша (Moxel) мы узнаем из записок фламандского путешественника XIII в. Гильома Рубрука и сочинения «Джами-ат-таварих» («Сборник летописей», на персидском языке) иранского историка и государственного деятеля Рашида-ад-Дина (1247 — 1318), которое считается основным источником по политической и социально-экономической истории монголов.

Этноним эрзя, вероятно восходит в своей основе к иранской лексике (иран. arsan – самец, мужчина, герой), а мокша – связан с индоевропейским гидронимом Мокша (ср. в санскрите moksha – проливание, утекание, освобождение).

Древняя мордва изначально представляла собой не одно племя, как иногда полагают, а группу или семью племен, которая совместно с древнемарийскими, а возможно, и некоторыми другими поволжско-финскими племенами, составляла волжско-финскую общность.

Уже с первой половины I тысячелетия нашей эры в лоне древнемордовской семьи племен начинают вырисовываться линии эволюции мокшанской и эрзянской групп племен, или соплеменностей, которые позднее становятся более явственными. Мокшанско–эрзянская дуализация происходила, разумеется, не сразу, это был длительный, растянутый на целые столетия процесс, обусловленный разными причинами. Одной из серьезных предпосылок такого раздвоения была обширность этнической территории древнемордовской семьи племен, затруднявшая контакты между племенными группами. Территориальная разобщенность обусловила их связи с разными этносами, что порождало особенности в языке, антропологическом облике, культуре и быте тех соплеменностей, на базе которых сформировались эрзя и мокша.