Шпаргалки для студентов

готовимся к сессии

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта

Современные международные отношения. Часть 2 - Ситуация в Тайваньском проливе

Индекс материала
Современные международные отношения. Часть 2
Основные глобальные проблемы
тва.
Эволюция НАТО
Задачи НАТО
Основные области сотрудничества России и НАТО
Роль НАТО в укреплении европейской и международной безопасности
Отношения Россия-НАТО
ЕС
НАФТА
МЕРКОСУР
АСЕАН
Значение российско-китайских отношений для региональной и международной безопасности
Основные проблемы обеспечения безопасности в Африке
Вооруженные конфликты на африканском континенте
Основные направления деятельности АСЕАН
Отношения России с АСЕАН
Страны Латинской Америки в современных международных отношениях
Основные объединения в Латинской Америке
ШОС
Роль ШОС в укреплении безопасности в Азии
Характеристика отношений США с Европейскими государствами
Проблемы укрепления безопасности в АТР
Ситуация в Тайваньском проливе
Проблемы укрепления безопасности в АТР в условиях формирования современных международных отношений
Все страницы

Ситуация в Тайваньском проливе

В 1949 г. После гражданской войны на материковом Китае коммунисты нанесли военное поражение правящей партии («националистическая партия») Гоминьдан и провозгласили КНР. Гоминьдановское правительство с лидером Чай Канши под давлением Мао Цзэдуна отступило на Тайвань. Правительство Т. (кит. демократ. респ. КДР)формально не теряло политической власти, до 1972 г. представляло в ООН и КНР, и КДР на Тайване.

С 1949 политика КНР нацелена на присоединение Тайваня. Правительство материкового Китая крайне болезненно реагирует на рост сторонников независимости Т., и дает понять, что применение военной силы не исключено. Но дело осложняется тем, что СССР сразу признал КНР, а США не признавали КНР до 1979 г. Кроме того США заключили военно-политический союз с Тайванем и предоставили ему свои гарантии безопасности. После признания КНР в 1979 США формально разорвали отношения с Тайванем, но не сняли с себя обязательств по защите острова ( 1979 – договор о помощи в случае нападении на Т., в 1999 продлен.

В 1975 Чай-Канши умер и началась демократизация Т. В 2000 президентом стал лидер оппозиционной партии- демократической прогрессивной партии (ДПП) Чэнь Шуйбянь.

Сегодня конфликт имеет значение и как двустороннее «противостояние через пролив», и как фактор американо-китайских отношений. Прежде речь шла, по крайней мере формально, о разногласиях материка и острова по поводу того, кто в конце концов станет во главе единого Китая. В последние годы друг другу противостоят полярные идеи: со стороны материка -концепция «одна страна - две системы», а со стороны острова - проводимый с 1991 г. курс на обретение юридически признанного международным сообществом полного суверенитета Тайваня. В июне 1999 г. президент Тайваня Ли Дэнхуэй сформулировал концепцию выстраивания с КНР «особого рода отношений» государства с государством («два берега - два государства»).

Иначе говоря, у противостоящих сторон сформировались несовместимые цели. Либо вопрос должен быть решен силовым путем, либо надо рассчитывать на постепенную трансформацию заявленных сторонами целей, поиск взаимоприемлемой формулы отношений.

Стало ясно, что требуются более тонкие технологии урегулирования ситуации. Тайваньский вопрос остался показателем результативности стратегического соперничества Китая и США в Восточной Азии. Но стороны стали лучше осознавать необходимость снижения уровня конфронтации. Большую роль в смягчении ситуации сыграло смещение акцента политики Соединенных Штатов на ведение мировой борьбы с терроризмом после событий 11 сентября. Китай и США стали активнее стремиться избежать открытого конфликта вокруг острова. В этом смысле между ними сложилось негласное взаимопонимание.

Соединенные Штаты и КНР фактически выступили в поддержку формулы сохранения статус-кво. Она должна была ограничить противоборство острова и материка даже в сфере дипломатии. По сути, конфликт принял форму психологической войны за «сердца и умы» публики по разные стороны Тайваньского пролива. Политика «согласия быть несогласными» при условии сохранения статус-кво в течение 20-30 лет позволяла рассчитывать на нахождение платформы, обеспечивающей прочную стабильность.

«Сохранение статус-кво в Тайваньском проливе - задача не из легких, учитывая взаимное недоверие сторон, боязнь Тайбэя и Пекина «потерять лицо». Несмотря на обилие неформальных контактов, каналов общения, десятков информаторов, сохраняется риск непонимания, в результате чего возможны трагические случайности в водах пролива и воздушном пространстве над

ним. Военное столкновение может произойти вследствие неудачного дипломатического хода, непродуманного заявления, неверной интерпретации действий».

Вместе с тем можно выделить и ряд стабилизирующих обстоятельств. Во-первых, США официально избегают поощрять тайваньское руководство двигаться к провозглашению полной независимости острова. О скоропалительном высказывании ДЖ. Буша после его прихода к власти относительно готовности защищать Тайвань «всеми имеющимися средствами» не вспоминают. Война между КНР и островом США не нужна. Более того, в Вашингтоне допускают возможность принятия на себя некоей посреднической роли. Во всяком случае там намерены работать над созданием рамочного соглашения по обеспечению стабильности в Тайваньском проливе, давая понять, что если какая либо из сторон не будет проявлять конструктивной позиции в этом вопросе, то она заплатит высокую цену в смысле ухудшения своих отношений с Соединенными Штатами.

Во-вторых, Пекин тоже старается воздерживаться от резких (не символических, а реальных) шагов по изменению статус-кво. Начиная с 16 съезда КПК ( ноябрь 2002) в тайваньской политике Пекина прослеживаются элементы нового курса: отказ от видения воссоединения с Тайванем как критерия «подъема» Китая. Новая политика в отношении острова сводится к тому, что Китаю в первую очередь надо убедить население Тайваня в искренности своих стремлений воссоединиться ради совместного процвета­ния. Это будет способствовать, по мнению Пекина, возрождению патриотических традиций тайваньских соотечественников, укреплению экономических контактов, развитию связей между материком и островом.

В-третьих, тайваньская сторона проводит весьма осторожную и гибкую политику. Здесь постоянно высказываются о новой тайваньской идентичности, но избегают в официальных заявлениях прямых провокаций в адрес Пекина.

Таким образом, в конфликте в Тайваньском проливе огромную роль играют сдерживающие факторы, превентивная дипломатия и стратегическое взаимодействие. В его развитии очевидны элементы консенсуса, уступок, символических жестов и действий.

Конфликт на Корейском полуострове представляется еще более сложным. С одной стороны, Южная Корея, Россия и Китай стремятся завязать с КНДР примирительный разго­вор. С другой - сама Северная Корея провоцирует резкие реакции США. Япония старается одновре­менно проявлять верность союзнической солидарности с Вашингтоном и соизмерять свою позицию с точками зрения Сеула и Пекина, если не России. За всем этим просматриваются сомнения по поводу перспектив будущей единой Кореи, ее государственной идентичности. До настоящего времени Пхеньян и Сеул формально находятся в состоянии войны. «Ни одна сторона не отказьвается от намерения распространить свое общественно-политическое устройство на весь полуостров». Продолжаются взаимные обвинения в нарушениях морской границы боевыми кораблями и рыболовецкими судами обеих стран в заливе Канхвамаи в Желтом море.

События последнего времени в ряде государств АТР свидетельствуют о том, что сепаратизм на этнорелигиозной основе может уже в ближайшее время составить основу транснациональных угроз региональной стабильности. При этом в качестве средства для достижения политических целей все более активно выступает терроризм. В 2000 г. на юге Филиппин в течение длительного времени боевики террористической исламист­ской организации «Абу Сайаф» удерживали более 20 иностранных туристов. Интернациональные группы пиратов ежегодно захватывают десятки гражданских судов. Расползается воинствующий сепаратизм в ряде провинций Индонезии, на юге Филиппин и в Таиланде. Помимо Восточного Тимора Индонезия может потерять и другие территории, например Ачех на острове Суматра и Восточный Ириан на острове Папуа-Новая Гвинея, где позиции сепаратистов очень сильны.

Развитие нынешней ситуации в АТР, при всей своей сложности и противоречивости, сохраняет общую тенденцию на позитивную динамику. В регионе идет активный поиск двусторонних и многосторонних механизмов обеспечения безопасности, проявляется взаимная сдержанность в решении спорных вопросов и стремление к укреплению взаимодействия на основе баланса интересов.

Практикуется целый набор методов управления конфликтов: откладывание решения конфликта на неопределенное будущее, концентрация усилий на неконфликтных сферах сотрудничества, использование состояния экономической взаимозависимости. Управление конфликтными ситуациями ориентирует на ведение «мирной конкуренции», сведение противоре­чий в те области, где они могут проявляться в наиболее «мягких» формах. Укореняется практика принятия неопределенных решений, которые позволяют сторонам интерпретировать их в свою пользу, но одновременно оставаться в пределах «устойчиво мирных разногласий».